Category: кино

О необходимости отрицания системы

Об этом вопросе, конечно, надо большой материал делать, но, пока, увы, приходится обходиться мимолётными комментариями:
https://botya.livejournal.com/82411.html?thread=1763563#t1763563

P.S. Кстати, смешной Ботя не поленился стереть мою последнюю реплику после его жалкого посыла и для надёжности своего Последнего Слова заморозить ветку. Это примерно как попытка покойника выдернуть последний гвоздь из своего гроба. Что же он стёр?

"Реплика, достойная сознания героев фильма!

/насвистывая, удалился в противоположном направлении/"

Характерное социологическое явление-2



Смотрите, как интересно: едва только людям показали советскую актрису, какими их хотел бы видеть обычный левопатриотический народ, но не видит никогда за почти полным отсутствием именно таких - как мы вновь лицезреем всё тот же нерассуждающий культ поклонения перед советской творческой интеллигенцией, что имел место в позднесоветские годы. Даже лексикон всё тот же - великая актриса, слёзы брызнули из глаз, на одном дыхании посмотрел, скромность-чистота-внутренняя красота, глоток свежего воздуха, простой и светлый человек, низкий поклон, ну и так далее. Не знаю, как вам, а мне кажется, что и в этом тоже таится опасность будущего повторения уже однажды свершившихся событий: нет осмысления, есть Преклонение - "ах, какой человек"... ну а что он скажет, вновь будет не так важно - Такой Человек не сможет лгать. Впрочем, это сейчас не слишком актуально - нам бы социализм успеть восстановить хотя бы.

А Болотова, ну что Болотова. Да, она в основном всё правильно говорит, хотя проскальзывает периодически крымнаш какой-нибудь (ибо русская армия была в Севастополе в 1855 году!), любимый фильм "Брат", рентген за 400 евро (платная медицина, конечно, свирепствует, но с простых пенсионерок таких денег всё ещё не дерут), есть, мол и "блестящие артисты" в РФ-кинематографе. Да, из творческой совинтеллигенции таких единицы (и поэтому я никогда не смогу подавить лёгкое внутреннее раздражение от позднесоветских театрально-духовных интонаций в голосе - слишком много мерзости было произнесено и по-прежнему произносится с точно такими же интонациями). Да, в принципе всегда приятно видеть 80-летнего человека с такой ясностью в сознании и речи. Но...

...А вот это кто снимал и кто в этом снимался, хочу я спросить?
https://ru.wikipedia.org/wiki/Запретная_зона_(фильм,_1988)
Июнь 1984 года. Ивановская область. В результате мощнейшего и разрушительного смерча, произошедшего 9 июня, очень сильно пострадали северная, северо-восточная часть города Иваново и его пригороды. Село Воздвиженское Зареченского района было полностью разрушено.
<...>
Тем временем, заместитель председателя Зареченского райисполкома Вера Третьякова, полагаясь на свой собственный опыт и волю пострадавших жителей села Воздвиженское, делает всё возможное, вопреки желаниям местной партийной номенклатуры согнать жителей с земли, где жили их предки. Третьяковой удаётся сохранить село на прежнем месте, вдохнув в его традиционный уклад новую жизнь.
<...>
Киновед, кинокритик и драматург Татьяна Хлоплянкина (1937—1993) так охарактеризовала события, происходящие в картине Николая Губенко: «…Внезапное стихийное бедствие сплачивает часто людей — режиссёр (он же сценарист фильма) показывает нам обратный процесс: беда людей разъединила. Вернее она показала, что естественные человеческие, родственные, дружественные связи словно бы поражены какой-то болезнью, причины которой — это сегодня нам всем очевидно — следует искать в тогдашнем состоянии общества».[1]
1. Татьяна Хлоплянкина. Запретная зона // Спутник кинозрителя : Ежемесячное рекламное обозрение при поддержке Государственного комитета СССР по Кинематографии всесоюзного объединения «Совинформкино». — 1988. — № 10. — С. 8 — 9.


Спрашивать друг друга "Кто же виноват в том, что случилось? Как же это мы проглядели? Как же дошли до жизни такой, социализм продали?", ни полусловом не вспоминая о собственном вкладе в СкрепыЪ, ДуховностьЪ и Борьбу С Номенклатурой (строго исторично, в полном соответствии с Секретными Документами, вот сейчас таких на Великое Кино о Великом Грибе подвезли) - это, извините, несколько непоследовательно. Я не требую покаяться ни за это (в конце концов, Болотова и так оказывается едва ли не самым левым леваком изо всей советской творческой корпорации, и кроме как в "Жмурках", она после 1988 года нигде не снималась, поэтому чего уж тут ещё требовать; да и что я сам такого великого сделал, чтобы прокурорствовать по каждому эпизоду каждого перестроечного деяния каждого совгражданина), ни за конформизм Губенко, вечного депутата, однажды участвовавшего в смелом бунте на коленях против папы Зю, а ныне выдвигающего вот такие скрепные инициативы:
В январе 2016 года на сессии городского парламента Губенко предложил ужесточить контроль за притоком нелегальных мигрантов в Россию[7]. В апреле 2017 г. Губенко призвал ввести в России налог на бездетность.[8]
но, знаете, с исполненными слепого обожания комментариями это всё приходит в известный диссонанс. И мы опять возвращаемся к тому, с чего начали - нельзя смотреть на людей и видеть только то, что вы хотели бы видеть. Особенно - на людей творческих.

КА: 04a. Трилогия о Максиме (1934, 1937, 1938)

Кинематографически 1934 год оказался годом окончательной смены эпох, причём как с технической точки зрения (советское звуковое кино наконец-то обрело совершенно отличный от немого облик), так и с политической (собственно «сталинское» кино тоже полностью отделилось от «раннесоветского»). В этом же году начинают появляться первые фильмы, вполне известные и современному зрителю – «Весёлые ребята», «Чапаев», ну и первый фильм из трилогии о Максиме. Трилогия (режиссёры – Козинцев и Трауберг), помимо того, что действительно является одним из шедевров своего времени, богата на архетипы российского левого сознания (что более чем ожидаемо – фольк-история Октябрьской революции начала коваться ещё в конце двадцатых годов, а к началу войны приобрела уже вполне устоявшийся облик). Так что о ней и поговорим. И сразу говорю – кому не интересно собственно про кино, открывайте сразу вторую половину поста, я их вешаю раздельно. Там уже в общем не про кино, а про рабочую борьбу в современных условиях. И да – в сумме букв ОЧЕНЬ много.

Collapse )

КА: 02. «По закону» (1926)

Возвращаюсь к более-менее регулярному наполнению журнала после долгой паузы, вешаю второй текст из серии «Культурная археология» и напоминаю, что это такое и зачем я это затеял.


Первым делом надо, наверное, сообщить: немое кино – это не устаревший доисторический хлам, как интуитивно считают многие люди, не пытавшиеся проверить данную мысль практикой. Немое кино – это культурный продукт, произведённый по устаревшей технологии, но ничуть не утративший при этом своей культурной ценности, тем более, что отсутствие звука требовало от режиссёра для изготовления хотя бы смотрибельного фильма значительно более высокой квалификации, чем стало требоваться после звуковой революции. Соответственно, смотреть кино двадцатых годов – лишь немногим более экзотическое занятие, чем смотреть кино следующего десятилетия, поэтому рекомендую при случае попробовать.

Collapse )